Источник: Седьмая столица

Сексуальные маньяки-убийцы существовали всегда. И во все вре­мена общество избав­лялось от них одним способом — казнило. Разумеется, когда уда­валось отловить их. В последние десятиле­тия об этих больных -именно так называют врачи маньяков — напи­сано много научных трудов, психология и мотивы их поступков подробно изучены. Од­нако никому не прихо­дило в голову, что «маньячество» — тоже болезнь.

Норма и не норма

Однако прежде неплохо бы выяснить, чем отличается нор­мальная физиологическая система от патологической. Например, че­ловек хочет есть — и его система запускает «пищевое поведение» через определенные (модальные) стимулы и специфические раздра­жители. Скажем, аппетит у здоро­вого человека может пробудить кусок ветчины, но никак не вид го­лой женщины. Сексуальное пове­дение мужчины обусловит, наобо­рот, не куриная ножка, а именно голая женщина. Здоровый человек способен регулировать свое пове­дение: хочу — но не время, не мес­то. Наконец, удовлетворенное же­лание в еде ли, в сексе гасит очаг, останавливает пусковой механизм.

Совсем по другому все проис­ходит в патологической системе. Сексуальное поведение запускается немодальными стимулами. Проще говоря, больной может «за­вестись» от чего угодно. Самый безобидный вариант: у человека неприятности на работе, а он вдруг вместо огорчения испытыва­ет острое сексуальное возбужде­ние. Состояние комфорта может вернуть только немедленный секс.

Но, пожалуй, наиболее опас­ное в патологической системе то, что даже после немедленного удовлетворения человеком своих желаний пусковой механизм не ос­танавливается, возбуждение не проходит, лишь притупляется его острога. Возникает психологиче­ская зависимость от желания, оно постоянно преследует больного — в мыслях, фантазиях, сновидениях. Это и приводит к серийности пре­ступлений. Так называемый «феномен Чикатило» — самый страш­ный вариант постепенного преоб­ражения больного в маньяка.

Впервые о патологической системе стало известо из научных работ академика Крыжановского, но, повторюсь, никто из психиат­ров не пытался соединить теоре­тические исследования с практи­ческой помощью больным. На это решился доктор наук из Ростова-на-Дону, профессор-психиатр Александр Олимпиевич Бухановский. Впервые его имя замелькало на страницах газет в связи с судеб­ным процессом над маньяком Чи­катило, загубившим за тринадцать лет 52 челооека. Именно Буханов­ский впервые в чашей стране предложил оперативникам соста­вленный им вероятный портрет преступника (за несколько лет до того, как его поймали). После ареста Чикатило выяснилось: реаль­ный портрет маньяка поразитель­но совпал с тем, который был рас­считан Бухановским.

Этим открытием нужно было еще научиться пользоваться. О том, чтобы к поиску преступника привлекали психиатров, и речи не было. Их роль всегда сводилась к экспертизе уже добытого для суда. И именно это открытие на­толкнуло оперативников (в 1991 г.) на мысль обратиться за помо­щью к Бухановскому, когда поня­ли, что и другого маньяка, Цюмана, ежемесячно убивавшего в Та­ганроге девушек в черных колгот­ках, отловить будет непросто. Бухановский предложил обра­титься к преступнику с телеэкра­на. В своем психологически выверенном обращении врач уговари­вал «больного» прийти к нему ин­когнито и попытаться снять напря­жение, которое побуждает его убивать. После ареста Цюман при­знался, дескать, очень жалеет, что не видел этой передачи, куда-то уезжал из города. Мол, скорее всего рискнул бы, пришел, ведь понимал — все равно поймают…

Тема «ФЧ»

Вот тогда Бухановский понял: можно попробовать лечить таких больных не только в критических ситуациях. Тем более что одна из клинических разработок, которы­ми занимается возглавляемый им научный лечебно-реабилитацион­ный центр «Феникс», как раз «ФЧ» («феномен Чикатило»). Через Центр уже прошло 38 таких боль­ных. Самого разного возраста (от 9 до 50 лет), социального положе­ния (от руководителя районного масштаба до разнорабочего) и об­разовательного уровня. Заболева­ния тоже разные: садисты, эксги­биционисты, педофилы, содо­миты и «просто» тяжелые сексу­альные насильники.

Мне представилась возможность поговорить с несколькими из бывших и нынешних пациентов Центра. Андрей, назовем его так. Внешне интересный молодой муж­чина, начинающий полнеть, в строгом дорогом костюме. О таких говорят «представительный, со­лидный». В данном случае это со­ответствует действительности, так как Андрей глава процветающей фирмы, имеет высшее обра­зование, любящую жену и сына. Его заболевание называется экс­гибиционизм, сам он преодолеть его не смог, как ни старался, прой­дя через многолетние нравствен­ные терзания. Контролировать се­бя, с каждым годом становилось сложнее, потому как «позорное желание» возникает непроизволь­но и в радостном, и в удрученном состоянии, затмевая все осталь­ные мысли, заботы.

— Вам действительно помогает лечение? — спрашиваю своего со­беседника, стараясь поймать его взгляд.

— Да, — подтверждает он, — мне уже легче владеть собой, хотя до полного излечения, понимаю, еще далеко. Приходится подключать всю силу воли… А иначе зачем весь этот позор, уж лучше сразу со всем покончить…

К сожалению, все перечислен­ные выше болезни, как правило, прогрессируют, переходя из док­линической стадии в остроклини­ческую, а часто и в криминальную. Только у одних это происходит стремительно, а у других процесс растягивается на годы. Особенно опасна педофилия, и это понимают сами больные, как. скажем. Николай Иванович (имя измене­но), человек уважаемый, наделен­ный немалой властью, но совер­шенно беспомощный перед свалившейся на него напастью. Она действительно словно обрушилась на этого человека, хотя просто дремала в ожидании провоцирую щего толчка. Толчком оказалось признание горячо любимой жены, что она досталась ему не девст­венницей. И одолела обманутого супруга навязчивая идея «попро­бовать девственницу»…

В «Феникс» он обратился после того, как едва не изнасиловал девочку. Сдержало лишь то, что в последний момент вдруг вспомнил о собственной дочери…

Маленьние маньяни

Да, и у таких больных людей рождаются дети. Хотя, к счастью, не обязательно, что сын садиста и насильника повторит судьбу отца. Но целый букет болезней, в том числе и психических, предварив­ших у родителей сексуальную патологию, дети вполне могут унаcледовать. Тем не менее при наши загсах до сих пор не созданы специальные службы, в которые входили бы генетики и психиатры.

Кстати, среди пациентов «Феникса» по проблеме «ФЧ» детей больше 10%. Это довольно много. Подавляющее большинство из них страдает переверсиями, то есть всякого рода половыми извращениями. Толчок к заболеванию, так называемый импринтинг (от англ. «запечатление»), они получили именно в том возрасте, когда нервная система человека подобна мягкой глине и готова принять любую навязанную ей форму. Когда у ребенка начинает формироваться сексуальное поведение, импринтинг играет одну из важнейших ролей. Поэтому психическая память малыша должна фиксировать как можно меньше отрицательный эмоций. Особенно в сфере взаимоотношений с родителями. Жестокость, непонятость, одиночество, случайное наблюдение отталкивающих сцен из реальной жизни или же неслучайные из видеофильмов — основные причины заболевании такого рода.

Итак, именно в детстве кроются корни чудовищных превращении с виду нормальных людей — в настоящих монстров. Нетрудно представить, зная уже схему действия патологической системы, чем бы все кончилось для пятнадцатилетнего подростка, насиловавшего крольчих и кошек (суррогат женщины, с которой ему пока было не справиться), не попади он в Центр Бухановского. Ведь он еще пытался устроить железнодорожную катастрофу, воображая, как будет ходить среди стонущих, изувеченных пассажиров. Родители спохватились, когда их мальчик разрыл могилу и разворотил гроб — «хотел потрогать мертвую женщину»…

Откуда такие фантазии желания? Насмотрелся «видика» — отец никогда не прятал от сына взрослые фильмы, в том числе порнуху, ужастики. Полученный во время их просмотра импринтинг немедленно вступил н союз с далеко не идеальной биологией и тут же замкнуло.

Наверное, самый уникальный случай заболевания среди детей, которых лечил Бухановский, это девятилетний вампир. Семья мальчика жила в Казахстане, где популярны петушиные бои. Жестокие и кровавые. Когда они переехали в российскую деревню к родственнице, та, а вскоре и соседи, стали недосчитываться цыплят. Выяснилось: малыш отрывал им головы и пил кровь. Причем делал это на глазах у совсем маленьких, плакавших от ужаса. Врачу он потом признается: «Хотелось попробовать и человеческой крови, как вампиры в кино». Уверена, если бы не застали его с цыплятами, со временем обязательно попробовал бы.

Светлана АНТОНОВА

Leave a Reply